«Не мужики, а бабье!» РПЦ угодила в новый скандал

В РПЦ призвали кардинально пересмотреть систему воспитания мальчиков в России, чтобы из них выросли «настоящие мужчины».

РПЦ, скандал, мужчины, воспитание, Россия

Об этом заявил Глава Патриаршей комиссии по вопросам семьи, защиты материнства и детства протоиерей Димитрий Смирнов, передает «Интерфакс».

«Большинство мужчин в нашей стране воспитываются женщинами исключительно — мамой, бабушкой, учительницей в школе, воспитательницей в детском саду. Они мужчинами не могут вырасти, это такое бабье, не способное ни на что — армии боятся, драться не умеют, работать не хотят… Самый главный глагол, который они слышат с утра до вечера — «кушай». Все время «кушают», и вырастает такой человечек — он так отдаленно напоминает мужчину», – рассказал священник.

Смирнов предложил создавать кадетские корпуса, чтобы офицеры заменили мальчикам их «беглых отцов», и в этих корпусах «воспитывать мужчин заново». Также он предложил ввести в школе квоту — не менее 40% мужчин-педагогов, потому что женщина, по мнению отца Димитрия, к педагогике не очень склонна.

В результате, как считает он, решилась бы еще одна проблема: «наши прекрасные невесты» нашли бы себе женихов, «но с условием, чтоб рожать не меньше пяти».

«Сейчас их просто некому родить — в этом причина, что она рожает «для себя». Ну дайте ей мужа! А где его взять? Он стоит курит в коротких штанишках… Он ничего не может, он всего боится», – сообщил священник.

По его мнению, «нам нужно всю систему воспитания просто с головы на ноги опять поставить, нам нужно думать о том, каков конечный продукт, без этого ничего не выйдет».

В детсаду Москвы умерла девочка, которую забыли на прогулке

В одном из детских садов Новой Москвы воспитатели забыли трехлетнюю девочку на улице после прогулки. Ребенок умер, сообщает управление Следственного комитета РФ по Москве в пятницу, 16 февраля.

Отмечается, что утром воспитательница и нянечка, возвращаясь с группой детей с прогулки, заметили отсутствие ребенка. Воспитатели, вернувшись на место прогулки, обнаружили лежащую на снегу в бессознательном состоянии девочку 2014 года рождения.

«Сотрудники детского сада незамедлительно вызвали «скорую помощь», которая констатировала смерть ребенка. В настоящее время следователи работают на месте происшествия, изымаются записи с камер видеонаблюдения, документы и другие материалы, интересующие следствие. Допрашиваются сотрудники и руководство детского учреждения, устанавливаются все обстоятельства произошедшей трагедии», – говорится в сообщении.

Уже возбуждено уголовное дело по статье о причинении смерти по неосторожности (ч.2 ст.109 УК РФ). Следствием решается вопрос о возбуждении еще одного уголовного дела по статье о халатности.

В свою очередь Telegram-канал Mash сообщает, что воспитатели обнаружили исчезновение ребенка лишь через два часа после прогулки. Нашли девочку в снегу за большим сугробом.

Почему мы хотим, чтобы мамы «убились» ради своих детей?

Современное общество настроено вражески к роли современной мамы. Шаг влево – упрек: не уделяешь внимание, не разговариваешь с ребенком, не читаешь с ним, сидишь в телефоне, встречаешься с подругами, много работаешь, не так одеваешь, не так лечишь и т.д.

мамы, дети, общество, влияние, воспитание

Вспомните наше детство. Заниматься с детьми не было принято вообще. Мы играли, учились, дружили, наши родители следили только за нашей безопасностью.

Не помню ни единого раза, чтобы соседи, родственники, педагоги упрекнули моих родителей в том, что «не занимаетесь, не учите, много работаете, не общаетесь».

Более того, даже свекры, тетки, кумы не учили маму, как делать и что. И кто тогда говорил о кризисе 3,4,5,15 лет? А он был? Может, и был, но не таким острым так точно.

Читайте также: Донбасс быстро деградирует до уровня «русского величия»

Почему мы хотим, чтобы мамы убились ради своих детей сейчас. Неужели мы думаем, что это как-то положительно влияет на ребенка, на его умение решать конфликты, справляться с простыми жизненными проблемами.

Мое глубокое убеждение – как родитель считает правильным, пусть так и делает, только ему всю жизнь думать придется о своем ребенке, только ему. И он знает, что делает. Тем более, что нам только кажется, что мы на 100 % нашим воспитанием формируем наших детей.

Если б эта теория была бы правильной, то дети из одной же семьи не были б такими разными, дети одного класса, у одного учителя, не были б такими разными…

Суд оштрафовал на 51 гривну отца мальчика, который терроризировал всю школу

Отца второклассника одной из киевских школ, который терроризировал детей и учителей, Романа Полонского суд оштрафовал на 51 гривну и обвинил в ненадлежащем воспитании.

терроризировал, дети, школа, воспитание, Украина, новости

В суде Роман Полонский доказывал, что лучшего отца, чем он, не найти. Бабушка и соседка уверяли, что 8-летний Артур, который бил сверстников и учителей, послушный мальчик, а видео избиения — смонтировано. Сможет ли школьник вернуться в школу, психологи гарантий не дают, говорится в сюжете ТСН.

Как сообщалось ранее, родители учеников 2-Б класса киевской школы №247 не пускали детей на занятия из-за одноклассника Артура, который в течение полутора лет терроризировал не только школьников, но и учителей. С начала учебного года за агрессивное поведение и избиение в школе полиция возбудила уже 12 уголовных производств.

Богатые люди, которые воспитывают детей не так, как все думали

Сегодня более 30% детей до двух лет используют мобильные устройства для игр, – говорится в отчете Американской академии педиатрии от 2015 года. – Около 75% подростков имеют личный смартфон, 24% из них признаются, что постоянно им пользуются.

Но как обстоят дела у детей, чьи родители тесно связаны с IT-индустрией, знают все о ней и могут позволить себе покупку любой техники?

Билл Гейтс — один из основателей компании Microsoft

У Билла Гейтса трое детей. И до 14 лет им запрещали пользоваться смартфонами и планшетами. Отец говорил, что его дети жаловались, что не могут обзавестись электроникой раньше, наравне со сверстниками. Но родители были непреклонны.

После того, как дети Гейтсов все-таки получили желанные гаджеты, то в семье появились правила, касающиеся использования такой техники:

Ею можно пользоваться только для уроков и общения с друзьями;

Ею запрещено пользоваться во время трапезы и вместо отбоя;

Родители вправе ограничить время использования гаджета.

Кстати, в их семье дети не просят о покупать им модную «яблочную» технику и с радостью используют телефоны и планшеты на Windows.

Алекс Константинополь — директор OutCast Agency, одного из крупнейших IT-партнеров для бизнеса

Алекс довольно строга со своими детьми во всем, что касается гаджетов. Она не разрешает своему младшему сыну пользоваться такой техникой в будние дни. Старшие дети могут использовать гаджеты не более 30 минут в день.

 

Дик Костоло — бывший гендиректор Twitter

Дик решил не ограничивать время использования гаджетов детьми. Зато наложил на это географические рамки.

Его детям разрешено пользоваться такой электроникой только в гостиной. Это значит, что они не могут взять с собой планшет в постель или «зависнуть» в сети во время обеда.

 

Стив Джобс — предприниматель, сооснователь компаний Apple, NeXT и Pixar

Кажется, что все члены семьи Стива Джобса должны быть «упакованы» самыми высокотехнологичными и модными гаджетами и ни на миг не выпускать ультратонкую и суперумную технику из рук. Но это не так.

При жизни Джобс сам признался, что не дает своим детям пользоваться iPad. Он старался приучить их к живому общению, поэтому вечера семья старалась проводить за совместными трапезами и долгими разговорами.

 

Эван Уильямс — основатель Twitter и компании Pyra Labs, занимавшейся созданием веб-сервиса Blogger

У Эвана Уильямса и его супруги Сары двое сыновей. Ни у одного из мальчиков до сих пор нет iPad. Вместо этого в доме Уильямсов находятся сотни книг. По словам самого Эвана, этой литературы достаточно и для того, чтобы найти нужную информацию, и чтобы развлечься в свободное время.

 

Крис Андерсон — создатель дрона, учредитель компании 3D Robotics

Дети Криса подчиняются жестким правилам, позволяющим минимизировать использование ими смартфонов и планшетов. Его дети жалуются, что никто из их сверстников не вынужден терпеть такие жесткие ограничения.

Сам Андерсон говорит, что просто старается не допустить зависимости детей от подобной электроники и изменений, которые она может принести в их жизнь. К тому же, по мнению отца, в сети поджидает неограниченное количество непрошенной эротики и издевательства со стороны анонимов.

 

Какие выводы можно сделать?

Следовать или не следовать примеру этих людей, каждый решает для себя. Правильность их выбора можно будет оценить только тогда, когда их дети вырастут и начнут по-своему проявлять себя в этом мире.

Однако никто не поспорит с тем, что перечисленные предприниматели и разработчики знают о цифровом мире куда больше нашего. Поэтому, возможно, просчитывают ходы наперед.

Полезная статья о воспитании детей

С тех пор, когда многие традиционные правила воспитания ставятся под сомнение и отбрасываются, родители стали терять свой авторитет. В попытке стать для детей только другом они перестают выполнять свои первоочередные задачи — направлять, оберегать и устанавливать правила. А для этого они должны быть в семье главными, и с их требованиями и условиями дети должны считаться.

Дэвид Эберхард — автор книги «Дети у власти. Ужасные плоды либерального воспитания», — убежден, что семья не может быть демократическим институтом, а либеральное воспитание, основанное на опеке и страхе причинить ребенку психологическую травму, не готовит детей к реальной жизни. Это чревато тем, что дети растут жутко невоспитанными, но во взрослом возрасте часто дают задний ход при малейших трудностях.

Шведский психиатр, автор книг Дэвид Эберхард говорит, что либеральное воспитание вредит и детям, и родителям.

Жаннетт Отто взяла у него интервью в Стокгольме.

Дэвид Эберхард принял меня для интервью в своей квартире в центре Стокгольма. Щебечет волнистый попугайчик, дети еще в школе и детском саду. Дэвид достает из книжного шкафа четыре написанные им книги. Его любимые темы — воспитание, стремление общества к защищенности и безумие взрослых на безопасности. В шведском издании его новой книги снят его сын в жилете с светоотражающей ткани, каске, пристегнут в детском автомобильном сиденье. Для разговора он пришел прямо из своей клиники. Он — ведущий психиатр в коллективе из 150 сотрудников, его третья жена — медсестра.

Когда Вы в последний раз были со своими детьми в ресторане? 

Эберхард: совсем недавно. Почему вы спрашиваете?

Потому, что владельцы заведений в Стокгольме сыты по горло детьми, которые не умеют себя вести. Одно кафе даже запретило вход для семей [с детьми]. 

Эберхард: Я прекрасно понимаю, о чем идет речь. всегда найдутся дети, которые кричат, разливают напитки, носятся по помещению или при температуре минус пять градусов открывают входные двери. Родители сидят рядом, и даже не думают вмешаться.

Почему тогда детей, не успокаивает другие?

Эберхард: На это никто не решается. Родителям очень неприятно, когда критикуют их детей. Ранее наше общество было обществом взрослых людей. Были единые ценности по вопросам воспитания. Если ребенок вел себя неприлично, к нему подходили и говорили: прекрати! Такой согласованности больше нет. Мы, взрослые, теперь отвечаем не друг за друга, а только за своих детей.

Ваша новая книга «Дети у власти» через несколько недель выходит на немецком языке. В ней Вы утверждаете, что либеральное воспитание как метод провалилось. Почему?

Эберхард: Потому что родители больше не ведут себя как ответственные взрослые. Они считают, что должны быть друзьями для своих детей. Они ставят себя на одну ступень с детьми, не решаясь перечить им и устанавливать границы. Они больше не принимают никаких решений, а хотят быть такими же крутыми, продвинутыми бунтарями, как их дети. Теперь наше общество состоит только из одних тинейджеров.

Вы действительно считаете, что и немецкие родители позволяют своим детям диктовать себе, куда ехать в отпуск, чем питаться и что смотреть по телевизору?

Эберхард: Многие узнают себе в этом портрете. Родители неохотно выносят наружу свои проблемы с воспитанием. Они говорят: у нас все в порядке, это не про нас! Однако, их постоянно грызет совесть, потому что они считают, что многие вещи делают неправильно. Они приходят уставшие вечером с работы, и готовят то, что нравится ребенку, потому что не хотят вступать в дискуссии. Они позволяют ему сидеть за телевизором дольше оговоренного времени, чтобы побыть в покое. Они проводят свой отпуск там, где дети будут заняты, хотя без детей ноги бы их там никогда не было. Я не говорю, что это неправильно. Я говорю только, что жизнь родителей не должно вращаться только вокруг ребенка. Нет никаких научных доказательств того, что это как-то положительно влияет на будущее детей, они становятся более успешными или беззаботными во взрослой жизни.

У Вас есть шестеро детей. Кто устанавливает правила в семье?

Эберхард: Я.

И нет никаких демократических семейных структур?

Эберхард: я не нахожу, что семья вообще должна быть демократическим институтом. Отношения между взрослыми и детьми всегда асимметричны. Это отношения мастера и ученика. Один учит, другой слушает. Родители могут лучше оценивать обстоятельства, потому что у них больше опыта, они больше знают. Они и должны устанавливать правила.

Как Вам удается среди либерального шведского общества воспитывать собственных детей в строгости и авторитарной манере?

Эберхард: Я не могу слишком отличаться от других родителей, иначе у моих детей будут неприятности. Та и воинственный авторитаризм мне бы не разрешили.

То есть Вы должны держать себя в руках?

Эберхард: Да ну. (Смеется). Мои читатели думают, что я хочу возвращение к воинскому воспитания, назад к телесным наказаниям. Я никогда не писал подобного. Я никогда не бил своих детей.

В Германии сейчас много дискутируют о выражении Папы Римского о приемлемости легких шлепков как метода воспитания. В своей книге Вы пишете, что нет никаких доказательств того, что воспитанным в строгости детям, включая тех, кто подвергался побоям, хуже потом живется. Насколько близки Вы к мнению Папы?

Эберхард: В этом вопросе совершенно не согласен с ним. У меня речь идет о том, что для детей важно, чтобы они были воспитаны так, чтобы соответствовать ценностям и нормам общества, в котором живут. Но родители на Западе боятся сейчас больше, считая, что даже самая маленькая критика может травмировать ребенка. Они больше не считают нужным сказать дочери в пубертатном периоде: не ешь так много шоколада, иначе растолстеешь, — потому что боятся, что девочка тут же ударится в другую крайность до анорексии. При этом мы вполне можем что-то требовать от детей, они выдержат это. Не стоит обращаться с ними, как с фарфоровыми куклами.

Откуда берется страх причинить ребенку вред воспитанием и строгостью?

Эберхард: У меня такое впечатление, что родители этим обязаны специалистам.

То есть людям вроде Вас?

Эберхард: Я говорю родителям, что они не должны читать слишком много разных советчиков.

Только лишь Вашу книгу, этого достаточно.

Эберхард: Меня можно упрекнуть в этом. Но, например, Джон Боулби, теория привязанности которого считается не вызывает сомнений, часто интерпретируется специалистами слишком свободно. Это приводит к тому, что родители думают, что навредят детям, слишком рано отдадут их в ясли, где те будут проводить больше времени с воспитательницей, чем с матерью. Но мне не приходилось видеть еще одного ребенка, который был бы более привязан к воспитательнице, чем к матери.

Датчанин Йеспер Йуул собирает в Германии целые залы на свои доклады о аутентичное и партнерском обращение с ребенком.

Эберхард: Ох, если бы я захотел, то такое могло б случиться и со мной!

Как Вы объясняете успех Йуула?

Эберхард: Он появился в нужный момент и направился прямо в этот воспитательный вакуум. Авторитарного воспитания уже не хочет никто, так же как и аналога «невидимой руки рынка», которая сама воспитает ребенка. Собственных родителей не хочет слушать никто, а полагаться только на интуицию кажется слишком легкомысленным. Йеспер Йуул говорит очень простые вещи. Одни — умные, другие не очень. Его первая книга «Компетентная ребенок» обошлась без единой рекомендации, родителям это было безразлично. И вдруг все заговорили о том, что ребенка можно не только наказывать, но и хвалить.

Нельзя хвалить?

Эберхард: Да, и такое говорит не только Йуул. Если моя дочь хочет показать мне свой рисунок, то максимум, что я могу, так это сказать: «О, рисунок! Как интересно! Ты стала счастливой, рисуя картинку?». Но это же неправильная коммуникация, я не такой, почему я должен притворяться? Родители должны точно подбирать каждое слово, прежде чем произносить его ребенку. Лишь бы не пристыдить его, не лишить уверенности в себе. Проблема с экспертами в их морализаторстве. Они говорят родителям, что делать, а что нет. Родители в поисках ориентиров впитывают догмы и идеологии, от которых не так просто потом избавиться.

Немецкие родители мечтают о Бюллербю или Леннеберги.

Эберхард: Да и шведы все еще влюблены до безумия в истории Астрид Линдгрен и все эти идиллические картины. Но подумайте о том, как выросли дети в этих книгах. Они целый день бродят туда-сюда, без присмотра, без шлемов и шляп от солнца. Михель привязал свою маленькую сестренку Иду на верхушке флагштока. А Лотта с улицы Крахмахер каталась с братьями-сестрами на крыше Фольксвагена- «жука». Теперь это все стало совершенно немыслимо. Сегодня родители и ведомство по делам несовершеннолетних взаимно информируют друг друга. В детском саду моего сына все дети должны носить шлемы уже при катании на санках!

Что плохого в желании защищать детей?

Эберхард: Чрезмерная опека. Если мы хотим получить компетентного ребенка, то ему нужно позволить ходить в школу самостоятельно. В возрасте шести лет ребенок уже способен к этому, даже в городе с интенсивным движением транспорта. Родители не допускают этого, но в то же время предлагают ребенку принимать решения или обсуждать каждый вопрос наравне со взрослыми. Многие взрослые действуют противоречиво, совершенно не понимая, что продвигает в развитии, а что является лишним грузом.

Какие это имеет последствия?

Эберхард: Мы плохо готовим детей к взрослой жизни, обманываем их, говоря что с ними никогда не случится что-то плохое, что мы всегда существуем для них, что они — пуп земли. В своей психиатрической клинике я встречаюсь с молодыми людьми, которые пришли ко мне потому, что, например, с ними рассталась подруга из-за смерти собаки.

Германия уже давно ориентируется на Швецию в деле заботы о детях и равноправие. А теперь скажите: прекратите же, наконец, идти за нами!

Эберхард: Мы уже не контролируем либерализацию, а тема равноправия стала одной из общественных догм. Все мы отдаем детей в ясли уже в возрасте одного года. Далее, матери и отцы работают по возможности равноправно, по возможности одинаково много, по возможности на равноценные позициях. Никто не должен быть у кого-то в хвосте. Работа — единственный путь, чтобы стать человеком. Отцовство само по себе уже не ценность. Родители сразу должны решать, кто остается дома с ребенком и как долго, а кто продолжит работать.

А что, если женщина решит дольше остаться дома?

Эберхард: Этом себе не может позволить уже ни одна женщина. Она превратится в реакционную, старомодную изменницу своего пола.

«Хен», личное местоимение среднего рода, стало официальным в шведском лексиконе. Тем самым должны избегать говорить о ребенке «он» или «она».

Эберхард: Это жестокое обращение с детьми, к счастью, практикуется пока только в нескольких детских учреждениях. Эта уравниловка игнорирует все научные знания о биологическом развитие детей. У нас колоссальная проблема с юношами подросткового возраста. Они уже не справляются самостоятельно со школьными делами, потому что с ними больше не обращаются, как с мальчиками.

Поэтому шведские школы так упали по сравнению с международным уровнем?

Эберхард: Не только по этой причине. Проблема и в учителях. Дети не считают нужным слушаться их, если не не слушаются и собственных родителей. Как следствие, падение результатов. Согласно исследованию Pisa шведские школьники лидируют по части прогулов уроков, оскорблений учителей и вандализма. И не забудьте: по части самоуверенности!

Характерно для детей, которые постоянно находятся в центре заботы и внимания.

Эберхард: Да, и эти дети-«пупы земли» становятся потом взрослыми, и приходят, например, на шведское телевизионное шоу «Идол». Там ищут певческие таланты, которые завтра станут суперзвездами. И вот они приходят туда, и вообще не могут петь. Но они даже не знают этого. Жюри, оправившись от удивления, спрашивает: тебе что, никто никогда не говорил, что ты не умеешь петь?

Его родители были очень робкие?

Эберхард: Они не хотели травмировать бедное дитя. Так и вырастают дерзкие паршивцы, идущие в мир с совершенно искаженной картиной о собственных способностях. Фокусировка только на ребенка — не лучший метод воспитания в мире. Если бы это было так, наши дети любили бы нас больше, чем кто-либо где-нибудь кого-нибудь в мире. Но это не так. Как только мы стареем, они сдают нас в дом престарелых. В других странах семьи живут вместе, потому что родители и в пожилом возрасте еще ценятся.